Slogan of my company

О чем могут рассказать пещеры Сикияз-Тамака

В 26 километрах от Сатки, в долине реки Ай, есть каменный город. В нем более 500 пещер. И это только пока, потому что количество их постоянно растет. Каждое лето в Сикияз-Тамак ездят специалисты со всей страны и возвращаются с мешками находок и отчетами об открытых памятниках древности.

О пещерах в Саткинском районе знали давно. В самые крупные из них иногда заходили ученые, даже производили там съемку. Но чуда из этого не делали, пока в 1995 году за дело не взялся Владимир Юрин.

Результаты оказались ошеломляющими: обнаружилось место, где на 425 метрах находятся 42 пещеры. Ученые называют это карстовым феноменом (карст – растворение водой горных пород), подобного которому не встречено нигде в мире. Ему есть два объяснения: активное течение воды и легко растворимая порода. Все скалы Сикияз-Тамака и его окрестностей известковые, а такой камень вода всегда подточит, не пройдет и сотни тысяч лет.

Каждая скала или несколько расположенных рядом скал составляют пещерный комплекс. Всего их шесть: сикияз-тамакский, получивший имя от расположенной поблизости деревни, ныне исчезнувшей, два улуирских, рядом с речкой Улуир, черемуховый, еланинский и математический. Плюс огромная пещера около деревни Лаклы, стоящая в гордом одиночестве. Высота ее зала – 15(!) метров.

Женщина

Сравнение пещеры и женщины настолько точно, что диву даешься.

Пещера рождается из микротрещины, растет и превращается в солидную полость. Сначала эта полость находится внутри скалы, затем открывается, и в пещеру можно зайти. В лучшие тысячелетия своей жизни пещера украшается сталактитами и хорошеет век от века. Затем начинаются обвальные процессы. Пещера может рухнуть и засыпаться изнутри, оставив после себя арку или грот.

Но чаще всего происходит по-другому. Засыпается наружный вход, а внутри еще какое-то время держится красота. Вот почему важно лезть в каждую нору: за ней может оказаться огромный зал. Бывает так, что и норы даже нет, но каменная глыба расположена под углом к земле. Значит, тут наверняка есть пещера. Открыв вход, можно дать ей вторую жизнь, чтобы люди снова могли любоваться красотой. Но благоразумие подсказывает этого не делать. У Юрина есть одна любимая пещера, названная "Погребенной". Такого убранства, как в ней, нет нигде на Сикияз-Тамаке. По всему подземному коридору известняк образовал водопады, сосульки, столбы. Владимир Иванович тщательно засыпает ее землей от туристов. Знает, что если этого не делать, каждый побывавший в пещере унесет себе на память по сталактиту, хотя на свету известковая капля смотрится куда хуже, чем обычная ледяная сосулька.

Книга

Каждую пещеру можно читать, как раскрытую книгу. Написано в основном о прошлом. Каменные глыбы ревностно сохранили от воздействия времени каждое тысячелетие и могут поведать довольно интересные истории.

В пещере "Улуирская сквозная" три зала. Во втором температура ниже нуля. Стекающая с потолка вода собирается в куски льда. Один из них, продолговатый, стоит прямо в центре известняковой хоромины. Это понятно: предыдущая тургруппа поставила туда льдину и сфотографировалась. А вот большое количество костей в ледяной палате говорит о том, что древним людям она служила холодильником. В него складывали тушки мамонтят, а в соседней комнате запекали их на костре.

Или вот какая история. Эпохи залегают в пещере слоями. Чем ниже слой, тем древнее эпоха. А в пещере "Каминная" почему-то все наоборот. Сверху палеолит, снизу – средневековье. Отчего так произошло? Ответ придет, если посмотреть наверх. Там есть еще одна небольшая пещерка, где жил барсук. Он скидывал землю вниз и таким манером перепутал эпохи.

Это, так сказать, отдельные фразы огромной каменной книги. А в целом она о том, как пересекались жизни людей, животных и пещер.

В подземных коридорах находят наконечники стрел, костяные изделия – шила, иглы, кремешки. Основную массу находок составляют куски керамики, на некоторых есть простейший орнамент. По обилию керамических находок можно предположить, что здесь был целый гончарный промысел. Но вот что странно: никаких инструментов для изготовления глиняной посуды не обнаружено. Люди посещали пещеры, но не жили в них. Это одна из главных загадок, связанных с человеком. Сухие пещеры, расположенные в нескольких метрах от воды, почему-то не использовались как постоянное место жительства. Среди более чем четырех тысяч пещер всего Южного Урала только в шести найдены стоянки человека. Почему удобные сухие пещеры не заселялись более активно, как это было на Алтае, Карпатах или Апеннинах, пока не ясно.

С другой стороны, отдельные предметы, те же горшки, человек затаскивал на такую высоту, куда и опытный альпинист не рискнет лезть без страховки. Предположить, что все это делалось ради трапезы, было бы нелепо. Остается один вариант – религиозный культ. У древних народов пещера ассоциировалась, во-первых, с темным миром мертвецов, а во-вторых, с маткой – символом плодородия. Представления о пещере воплощались в обрядах, где можно прочесть оба символа. Например, дробили кости косуль и накрывали их горшками. Дескать, чтобы в следующей жизни козочек было больше. Изучать обряды и керамику Сикияз-Тамака, проверять выводы Владимира Юрина приехали два научных сотрудника из музеев Санкт-Петербурга – Ирина Калинина (Эрмитаж) и Татьяна Щербакова (Музей истории России).

Кость

Много работы будет и у Павла Косинцева, одного из лучших палеозоологов России. Дело в том, что пещера – единственное место, где сохранились следы древней фауны, в одной "дыре" находят до сорока видов различных животных. Они приходят сюда разными тропами. Пещерные медведи, львы и носороги находили каменные коридоры отличным жильем, а гигантских оленей и мамонтят ловили гиены и тащили в пещеру для лучшей сохранности. Больше всего найдено костей сибирских косуль, пойманных волками. Популяция косуль вымерла около тысячи лет назад, когда огромный степной массив Южного Урала покрылся лесами.

Главный же вопрос, волнующий сейчас палеозоологов всего мира, – почему исчезли мамонты и все представители так называемой мамонтовой фауны – пещерный лев, медведь, гиена, носорог, гигантский олень, дикие лошади и бизоны? Это был последний экологический кризис, произошедший на земле 14 тысяч лет назад. Его причин не знает никто: все животные были достаточно устойчивы к климатическим изменениям и не имели врагов. Столь далекие, казалось бы, от нашей жизни вопросы волнуют ученых не случайно. Сейчас говорят о приближении нового экологического кризиса, причиной которому будет деятельность человека. В то же время человек – наиболее уязвимый вид и первый претендент на вымирание. Малейшее химическое воздействие на мозг может привести к "глобальной дебилизации" населения Земли.

А пока этого не произошло, ученые надеются разгадать причину экокризисов на примере мамонтового и постараться использовать это знание для предотвращения новой катастрофы. Интересные наблюдения есть уже сейчас, но пока они больше относятся к области "как", нежели "почему". Например, последние представители пещерного медведя были детенышами, не достигшими половой зрелости. Ясно, что они не могли дать потомства, и потому род погибал. Но где были взрослые медведи – вопрос, на который пока нет ответа. Это существенное в области зоологии открытие было сделано на материале пещер Южного Урала. Другое, не менее важное, говорит о том, что в нашей лесостепи (ее еще называют северными саваннами) водилась последняя популяция гигантского оленя.

Научную ценность пещер понимают зарубежные исследователи. К Свердловскому институту экологии растений и животных Уральского отделения Российской Академии наук обратились за помощью зоологи Оксфордского университета. Другое предложение поступило из Нидерландов: там владеют методами анализа того ничтожного количества ДНК, что осталось на ископаемых костях. Генетический код древних животных будут сравнивать с современными видами, и это окажет существенную помощь в решении "мамонтового вопроса".

Наука

Чтобы сделать хотя бы небольшое обобщение, найти археологическую ценность, будь то кусок керамики или золотая серьга, нужно срыть, просеять и промыть тонны грунта. До недавнего времени этим занимались дети из малообеспеченных и неблагополучных семей. Природа, бесплатная еда, интересные экскурсии – все это было вполне достаточным резоном для работы. С этого года ситуация усложнилась. Организаторы детских лагерей пошли на эксперимент: сделали лагерь-вертушку. За десять дней сплава по Аю ребята успевают побывать не только археологами, но и спасателями, экологами. На освоение каждой профессии отведено три дня, и естественно, времени на раскопки не остается. Нет сомнений, что такой отдых гораздо интереснее и полезнее, понятно и утверждение директора Саткинского турклуба Игоря Косякова: "Дети – не рабсила". Но факт есть факт: научно-исследовательская деятельность на Сикияз-Тамаке, которая ведется сейчас одними добровольцами, стала давать трещину.

Выход есть, и как ни странно, он далеко не безнадежен коммерчески. С 1995 года Юрин проталкивает предложение построить на Сикияз-Тамаке научно-исследовательский центр и турбазу, а окрестности объявить историко-ландшафтным парком. Дело в том, что долина Ая имеет не только научный, но туристический ресурс. И это не пассивный отдых, как на наших озерах, а познание всех азов туризма: сплав по реке (кстати, Ай – лучшая в России река для сплавов), альпинизм, экскурсии по пещерам, каменным мостам, аркам и гротам. При разумной организации в таком центре можно было бы сочетать и отдых, и работу.